Москвич «поднимает с печи» белорусскую деревню (Фермерское хозяйство) (26.03.2019)

Почти 11 лет назад Андрей Абрамов за бесценок продал бизнес в Москве и переехал на белорусский хутор. Полгода отдыхал, а потом встал «с печи», оглянулся — и захотелось ему помочь белорусской деревне. И деревне в принципе. Он продумал, как превратить сельскую жизнь в эффективную бизнес-модель. Мы уже писали, как свою стратегию он доказал на собственном примере. Теперь расскажем, как он «строит» всех жителей округи.
— Каждое утро на хутор Ёдишки стекаются местные жители. У дверей дома стоит Андрей Абрамов — «белорусский ковбой», как они его прозвали. И начинается «совещание»: ретроспектива (обсуждение прошлой недели или дня), планирование, постановка задач.
Затем «подчиненные» — а сейчас это 10 семей — принимаются за работу: убирают гостевые домики, помогают с готовкой, ухаживают за скотом или отправляются домой выполнять задачи там. Что это все значит? Что за «предприятие» построил в деревне бывший бизнесмен?

В чем идея «деревни XXI века»

Глобальная идея Андрея Абрамова — развить белорусскую деревню. Сделать так, чтобы жизнь в деревне снова стала достойной и прибыльной, а образ сельского жителя уже не ассоциировался с ленью и бедностью. Он продумал бизнес-модель, в которой жители деревни могут зарабатывать, никуда не выезжая.

То, что идея рабочая хотя бы в масштабах одного хозяйства, доказывает личный пример семьи Абрамовых: они реализуют все произведенное не выходя из дома.Мясо, молоко, консервацию и даже хлеб покупают гости усадьбы, а порой на хутор приезжают специально за покупками.

В его идеальной деревне создан комплекс из 8 направлений, благодаря которым она функционирует в замкнутом цикле. Это личные подсобные хозяйства, ремесленничество, агроэкотуризм, досуг, внутренние каналы сбыта излишков продукции, экспорт продукции в город, образование молодежи и крестьянско-фермерские хозяйства.
 
Фото из аккаунта @edishki в Instagram
Хутор Ёдишки. Фото из аккаунта @edishki в Instagram
Все хозяйства объединены под брендом «Хутор Ёдишки» и следуют единой технологии производства сельхозпродукции — той, по которой уже работает сам Абрамов. По его убеждению, технология дает возможность получать продукцию высокого качества, полезную и вкусную. Во всяком случае, такого качества, как нужно ему. В технологии ничего необычного: селекция скота и натуральные корма. Естественно, нюансов масса.

Жители такой деревни производят один или несколько видов продукции (хотя, по убеждению Абрамова, разорваться на много направлений не получится), по желанию принимают гостей на проживание или экскурсии, занимаются ремесленничеством.

Произведенная продукция не требует сверхусилий по сбыту: приезжие покупают ее сами, излишки вывозятся в город на местный рынок, при росте числа производителей организуется доставка. Партнера по доставке Абрамов уже нашел. Есть даже программист, который сделает мобильное приложение. По словам фермера, программист «готов в любой момент уволиться и развивать проект».
 
Фото с сайта probelarus.by
Интерьер гостевого дома. Фото с сайта probelarus.by
Как видите, агроэкотуризм — это лишь один из инструментов, надстройка над большой идеей. Продолжается она в подходе к потребителю. По задумке фермера, люди, нацеленные на потребление здоровой продукции, могут надолго «задружиться» с одним или несколькими фермерами. Как гости усадьбы «Хутор Ёдишки». Приехать лично и изучить условия производства, запросить анализы. Это то, чего так не хватает сейчас, особенно тем, кто уже отошел от потребления продуктов из супермаркетов и штурмует небольшие компании с фермерской продукцией.

В таких растущих бизнесах Абрамов видит много недостатков. Самый главный — отсутствие у потребителя возможности приехать и лично удостовериться, что мясо, зелень и любые другие продукты произведены в здоровых условиях. Более того, он не видит гарантии того, что сами магазины организовали со своей стороны контроль качества продукции их фермеров.Как-то он поинтересовался у одного из сообществ, объединяющих продавцов органической продукции, какой контроль она проходит. И получил ответ: «Мы с ними знакомы лично».

«Но я ожидал, что мне ответят хотя бы, что сообщество ознакомилось с условиями производства, результатами анализов…»
 — возмущен фермер. По его мнению, такая продукция может быть еще более опасной для потребителя.
 
Модель разработана с учетом законодательства Беларуси, но адаптируется и для других стран. Абрамов уверен, что белорусское законодательство сегодня, как ни в одной другой стране, создано для развития хозяйств и малых форм собственности, а именно ЛПХ и агроэкотуризма. Это не предпринимательская деятельность, и она не облагается налогами. В сельской местности также можно привлекать физлиц без трудоустройства.

Сколько денег нужно на то, чтобы появилась «деревня XXI века»? Абрамов отвечает уверенно: миллионов 10. Долларов, конечно. Строить ее нужно обязательно с нуля, с красивой и качественной инфраструктурой — ведь человек, способный заплатить за такой продукт (а, например, кило говядины у Абрамова стоит 30 рублей (около $ 14)), уже избалован комфортом и хочет шоу, условий, где у него появится жгучее желание тратить деньги.
 
Фото с сайта usadby.by
Фото с сайта usadby.by
Но пока желающих инвестировать в белорусскую деревню не нашлось, смеется он. И к этой идее он решил привлечь местных жителей.

Почему жители деревни, а не городские переселенцы?

Но почему не донести стратегическое видение до людей, которые более мотивированы жить в деревне, более образованны? До тех, кто устал от жизни в городе и едет в деревню, чтобы вести более осознанный образ жизни. Таких примеров достаточно, и Абрамов — один из них. Еще один пример — кооператив LavkaLavka в России, основатели которого вполне соответствуют образу осознанных людей — что важно — с бизнес-мышлением.

Фермер не согласен. По его мнению, люди, которые переезжают из города в деревню, часто не самореализованы и с завышенной самооценкой. «Они за пару лет жизни в деревне понимают, что у них все было не так уж плохо. Но есть проблема хуже. Фундаментально эти переехавшие ничего не знают о производстве сельхозпродукции! Они глубоко не вникают в процессы, представления не имеют о технологии сельского хозяйства. И до конца не понимают, насколько это тяжелый труд. Их очень трудно убедить, что есть базовые, фундаментальные мероприятия, которые необходимо изучить и пройти, что производство сельхозпродукции в сегодняшних условиях нерентабельно в чистом виде. Необходимо создавать систему, адаптированную под реалии завтрашнего дня. А они хотят сразу получать прибыль».
 
Фото с сайта проаренда.com
Фото с сайта проаренда.com
Не то чтобы фермер категорически отказывается впускать в свою бизнес-модель горожан. Но, по его мнению, начать необходимо с человека, который приспособлен к сельским условиям. «Как с животными. Селекцию мы начинаем с тех животных, которые живут в этой климатической зоне», — приводит он сравнение.

Кстати, до городских достучаться он все же пробовал. Через интернет-ресурсы для фермеров, через «Из рук в руки» — когда-то давно. Писал «приму семью, дам дом, работу, скотину, землю»… Пришли, как он видит, только эгоисты. Фермер сетует, что так и не нашел площадку, где бы мог встретить единомышленников.

С чем столкнулся фермер

Понятно, что все не могло раз — и заработать. Познакомившись с новым соседом, местные жители не сразу поняли, что тот «пришел с миром». Сначала думали, богатый москвич дачу строит — Абрамов уверил, что переехал жить.

Постепенно он стал доносить свою идею. Предлагал поделиться технологией ведения сельского хозяйства, которая ему самому уже дает качественную продукцию. Начать с малого: сена, овощей. Далее перейти к скоту. Абрамов предлагал поделиться животными для разведения, кормами, был не против обеспечить домом, учить с нуля.

Договориться не удавалось. «Первое, с чем я столкнулся, — отсутствие ответственности и квалификации», — рассказывает фермер. Люди обещания брали, а свои выполнять не хотели. Договорились на овощи к сезону — Абрамов обещает свою цену, но если овощи не выросли, то… ну что вырастили, то вырастили…
 
Фото из аккаунта @edishki в Instagram
Фото из аккаунта @edishki в Instagram

Знаний в ведении хозяйства, на которые он рассчитывал, у местных тоже не обнаружилось. Тогда фермер поменял тактику.

К общению с сельчанами он подошел как менеджер. Стал определять, как мотивировать тех, кто согласен сотрудничать: создавал рабочее место под человека, с каждым разбирался отдельно, у кого какая потребность, кто на что способен. Нравится ухаживать за скотом — иди. Нравится овощи выращивать — давай. «Если пришедший не знает, чем хочет заниматься, тогда я даю ему вилы — чистить хлев. Через 20 минут я его уже не вижу. Такие люди не возвращаются никогда».

Следующий принцип — постоянно увеличивать нагрузку, развивать. «Когда у человека есть сомнение, что он не справляется, то я его нагружаю еще больше, чтобы он либо сломался в сторону развития, либо сам убежал». Кто-то ломается и уходит, кто-то растет. Абрамов приводит пример: «Попался молодой человек, шустрый, „во все бочки затычка“. И я его начал тянуть на управляющего усадьбы — человека, который способен встретить гостя, проводить, сопроводить его за покупками. Ему это нравилось, зарплата росла. И я ему предложил получать 20% от выручки. С этих 20% он мог нанимать помощников или забирать все себе. Он убежал! Решил, что я его граблю.

Прошло время, он опять пришел. И я его взял, только работает он уже на определенном месте, за определенную сумму, и управление его не интересует».


Так приезжий человек стал влиять на всю округу. Фермер покупает у местных сено, зерно, молоко — последнее пока не на продажу конечному потребителю, а на корм телятам. Ежегодно выделяет быка, чтобы жители округи могли покрыть своих коров. Таких телят он потом покупает, а хозяйствам может дать сено, корм. Люди заняты у него тем, на что способны. Кто-то и просто дом убирает, помогает с готовкой.
Продукцию он покупает по цене выше рыночной. Например, в колхозе тонна сена стоит 80 рублей (около $ 37), а он берет за 130−160 (около $ 61−75). Раз в год покупает людям одежду, помогает с юридическими вопросами, пару раз приобретал семьям дома.

На хутор приходят даже с маленькими детьми. Абрамов выразительно смотрит на них — это именно те, кто имеют шансы вырасти такими, какими он видит идеальных жителей современной деревни. Дочку тоже развивает: говорит, уже в три года она умела сама принять гостей усадьбы, а с семи лет носит дрова домой.
 
Фото из аккаунта @edishki в Instagram
Фото из аккаунта @edishki в Instagram
А недавно рядом с Ёдишками дом купила семья москвичей. Они уже несколько лет приезжали на хутор как гости, а теперь решились на переезд — хотят заниматься молочной и кисломолочной продукцией. «Планирую дать Александру 10 коров. Конечно, он годик потренируется, с вилами побегает. Но он станет первым за эти 11 лет жителем, которому я всерьез доверяю», — признается Абрамов. Фермер никуда не спешит: «путь естественного развития спешным не бывает».

Источник
26.03.2019







Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта